Пища для души. Всё нагло утащено с других дневников и других ресурсов. Что ж делать,кушать очень хочется:-)
Случайный цитатник
ddd-soft.net.ru/temp/diary/random_quote.php
URL
07:01 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Бывает, что не спится… и не спишь…
Потом встаёшь, идёшь гулять с собакой.
А ночь-то…ночь (!)…какая ночь, однако, —
капелью так и шпарит с мокрых крыш.

И хочется вдохнуть в себя весь мир.
Но кашель, чёрт (!) — и воспаленье лёгких.
Я так была уверена на вдохе,
а выдох вот сомненья зародил.

Нет, надо… надо…надо (!) выдыхать —
выдавливать из памяти, из сердца
всех тех, кому отныне там не место,
всех тех, кого так будет не хватать…

Забыть на век — и жесты, и слова,
родные, удивительные лица…
Уж если не забыть… то хоть забыться —
всего на час… а лучше бы — на два.

А после чем заполнить эту брешь? -
спасительно-банальным никотином?
И вот уже плывут колечки дыма
в тумане, что так холоден и свеж…

На клумбе проседает талый снег.
Я тоже незаметно оседаю —
по стеночке… по стеночке… по краю…
И тушь стекает струйкой из-под век.

Присела на ступенях и молчу…
Мой пёс уткнулся ласково в колени.
И, кажется, что он меня жалеет,
а я ему по-своему плачу

движением озябших, добрых рук
то уши глажу ласково, то шею…
Он задрожал… расслабился… и млеет —
мой самый-самый… самый верный друг…



Бывает, что не спится… и не спишь…
Потом встаёшь, идёшь гулять с собакой.
А ночь-то…ночь (!)…какая ночь, однако…
Жаль, нам пора… Пора домой, малыш


© Copyright: Весна. (Весна - она же Аманда Моррис и Анна Савина.)

17:36 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Моя скоба, сдоба, моя зазноба,
мальчик,
продирающий до озноба, я не докричусь
до тебя до сноба, я же голос себе
сорву.
Я тут корчусь в запахе тьмы и прели,
мой
любимый мальчик рожден в апреле,
он разулыбался, и все смотрели, как я падаю
на траву.
Этот дробный смех, этот прищур
блядский, он всегда затискан, всегда
обласкан, так и тянет крепко
вцепиться в лацкан и со зла прокусить губу. Он растравит, сам того не желая, как
шальная женушка Менелая, я дурная,
взорванная и злая, прямо вены кипят
на лбу.
Низкий пояс джинсов, рубашки
вырез, он мальчишка, он до конца не вырос, он внезапный, мощный, смертельный
вирус,
лихорадящая пыльца; он целует
влажно,
смеется южно, я шучу так плоско и так
натужно, мне совсем, совсем ничего
не нужно, кроме этого наглеца.
Как же тут не вешаться от тоски, ну,
он же ведь не чувствует, как я стыну, как
ищу
у бара родную спину, он же здесь, у меня
чутье; прикоснись к нему, и немеет
кожа;
но Господь, несбычи мои итожа,
поджимает губы — и этот тоже. Тоже,
девочка, не твое.


© Вера Полозкова

17:24 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Из тварей парных искала равных —
по снам… по голосу… по плечу.
Срастаясь ранами —
…зло и рвано
с любым, кто мог бы держать удары
под шквальным натиском нежных чувств.

Когда бумажные эскадрильи,
надрывно воя, неслись лоб в лоб.
Ломая рифмы,
…сжигая крылья,
в нас истребители говорили
…под шелест неба и рёв винтов.

А Ветру было светло и вольно
…в строке ликующей, продувной.
Он верил искренне:
«Ей не больно —
шальной, отвязанной, малахольной…»
И рвался бешено в ближний бой.

Он думал, сука:
…"Она из стали…
Ей равно пофиг огонь и ржа"
Сбивал обшивку… и жалил… жалил,
не замечая, как под эмалью
…уже дымилась её душа.

Сойдя на шёпот,
…срывалась в штопор —
азартно… весело… мордой в снег…
Не надо штопать.
Забей!
Ну, что ты…
Она ж машина… не человек…

Оставь автограф на фюзеляже,
царапнув ржавым большим гвоздём.
И ты прозреешь,
и вспомнишь даже,
что самолётик-то был бумажным,
…но шёл на равных с тобой вдвоём.

Они шутили, идя на принцип —
…смешная девочка и Огонь.
Но бой окончен.
И дым сгустился,
как только гордость бумажной птицы
небрежно смяла твоя ладонь.


© Аманда Моррис

17:07 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Коту Басё



Да, это осень. Да, это очень осень. В самой последней, в самой критичной дозе. Это опять копает меня бульдозер, в поисках клада скаля зубатый ковш. Да, это глупо. Да, это очень глупо. Это стрела к лягушке летит из лука, что – хоть убей – навряд ли ее заслуга. Просто Иван-царевич из дураков. Да, это рано. Да, это очень рано. Сколько пустых надежд утекло из крана, чтобы с житейской мудростью стать на равных и, наконец, фиксировать все ходы. Да, это тонко, да, это очень тонко. Может, опять заносит меня и только. Но без надежд на премию по итогам я тишину зачитываю до дыр. Да, это сильно. Да, это очень сильно. Это почти как шею сроднить с осиной. Как перекрасить утро тревожно-синим, диким оттенком готовой настать зимы. Да, это хрупко. Да, это очень хрупко. Как прошептать: "Мой милый…" – и бросить трубку. Как распустить сомнений родную труппу, а голубому клоуну дать взаймы. Да, это правда. Да, это слишком правда. Дьявол играет в шашки и носит Prada. Я открываю небо и буду рада каждому междустрочию потакать. Время свершиться, время наклеить марки. Время растить идеи с приставкой "архи", чтобы чуть-чуть-поэты и ой-ли-гархи шли на три буквы, взятые с потолка.


© Copyright: Sterva

21:44 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Можно тебя на пару ночей?
Можно на пару снов?
Тёплыми пальцами на плече, солнцем, что жжёт висок.
Тенью, проникшей в дверной проём, правом на поцелуй,
спешно украденный под дождём из острых взглядов-пуль.

Можно тебя на короткий вдох,
выдох, мурашек бег?
Время плести из мгновений-крох, стряхивать с шапки снег.
Общими сделать табак и чай, поздний сеанс в кино.
Петь под гитару, легко звучать музыкой общих нот.

Можно тебя в неурочный час,
в самый отстойный день?
Куртку неловко стащив с плеча, молча отдать тебе.
трогать ботинком осколки льдин, времени сбросив счёт.
По переулкам пустым бродить до покрасневших щёк.

Можно тебя на недолгий срок
в комнате для двоих?
Следом руки украшать бедро, выстроив ровный ритм.
Звёзды ловить, захватив балкон, кутаясь в темноту,
и перекатывать языком вкус твоих губ во рту.

Можно тебя, крепко сжав ладонь,
вывести за порог?
Выменять скучно-спокойный дом на пыль больших дорог.
Взять напрокат развалюху-додж и превратить в постель.
Громко смеясь, выносить под дождь жар обнажённых тел.

Можно тебя приучить к себе
и приручить тебя?
Мнению, обществу и судьбе бросить в лицо снаряд.
Делать лишь то, от чего в груди будет пылать пожар,
юными, смелыми обойти весь необъятный шар.

Можно тебя без тревог и мук,
без бесполезных фраз?
Знаешь, я всё говорил к тому:
можно тебя сейчас?

Джио Россо

16:26 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Все фигня!
По сравнению с любовью все фигня!
По сравнению с любовью,
жаркой кровью, тонкой бровью,
С приниканьем к изголовью
по сравнению с любовью
Все фигня!
По сравненью с удивленной,
восхищенной, раздраженной
С этой женщиной, рожденной
Для меня!

Нежный трепет жизни бедной,
упоительной, бесследной,
Беспечальный рокот медный
золотой трубы победной
Отменя

Как мерцаешь ты во мраке,
драки, ссадины и враки
Затихающего дня
Оттеня!

Но пока,
Но пока ещё мы тут,
Но покуда мы пируем, озоруем и воюем,
И у вечности воруем наши несколько минут,
Но пока

Мы ленивы и глумливы,
непослушны, шаловливы,
И поем под сенью ивы наши бедные мотивы
И валяем дурака
Но пока

Есть ещё на свете нечто,
что пребудет с нами вечно
И не скатится во тьму
Потому

Нет ни страха, ни печали
ни в пленительном начале,
Ни в томительном конце
На лице.

Все фигня!
По сравнению с любовью — все фигня!
Все глядит тоской и нудью
по сравненью с этой грудью,
По сравненью с этим ртом!
А потом!..

Все фигня!
По сравнению с любовью все фигня!
Ссора на кольце бульварном
с разлетанием полярном,
Вызов в хохоте бездарном,
обращением товарным
Управляющий закон
Но и он!..

© Дмитрий Быков

11:06 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
29.01.2014 в 10:12
Пишет Мышь Таисья:

Лала Тарапакина. Из "Угольков"
***
Бывает, что кончаются слова. Тогда глаза — особенно прозрачны. Одежда — не в размер и так невзрачна, что ходишь словно ранняя вдова. Движения спокойны, бег сонлив, ведёшь машину только в правом крайнем. Пожизненно теперь живешь за краем, хотя бы раз его переступив.
Но вот проходит месяц или два. Ты приучила тело к послушанью. И тонкостью его, слегка за гранью, черпаешь ниоткуда силу льва. Тебе не страшно, потому что страх — он признак обладания и власти. Необладанье — это тоже счастье, твоя свобода на семи ветрах.
Бывает, недостаточно прошло. И времени, и чувств, и километров. Тебя полощет семикратным ветром, и пробивает вечное сверло. Смирись, рассмейся, всё прими, как приз. И ранним утром выезжай в дорогу.
…А если не отпустит понемногу, то всё равно — рассмейся и смирись.

© Лала Тарапакина
www.stihi.ru/2014/01/27/4760

URL записи

20:59 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
22.01.2018 в 18:19
Пишет Пой мне Еще:

дед мороз, борода из ваты,
я не верю в тебя, уже поздновато,
я вырос, конец, finita, the end,
на моей стене - репосты про тлен,
в подъезде накурено,
в городе - слякоть
мне не с кем пить и некого трахать,
мандарины не пахнут,
музло не качает,
малолетки понтуются,
что-то крича и
видя во мне гнилой раритет,
исчезают с хохотом.
слушай, дед,

у меня усталость, бронхит, кредит,
ни снежинки с неба не прилетит,
в магазинах – давка и суета,
ну куда они ломятся все? куда?
чтобы сделать стол,
пригласить гостей,
чтобы лица стали ещё красней,
чтобы снова уставиться
в зомбоящик -
там же нет ничего настоящего…

читать дальше

URL записи

07:29 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
сколько нас таких, утонувших вдруг? захлебнувшихся декабрём? старый год умирает, мой юный друг, разве вспомним потом о нём? как зима забиралась в колючий шарф, целовала тебя в висок… ты выходишь во двор, никуда не спеша, и подводишь опять итог:
ничего не осталось в сыром нутре — ни влюблённостей, ни огня, будто разом прозрел, постарел, сгорел, будто выцвел и полинял. будто в самой грудине завёлся сплин — ледяной белоснежный ком. ты выходишь из дома. совсем один. но от этого — так легко…

никаких тебе рук, что ласкают и врут, никаких тебе глупых клятв, потому что привязанность — это спрут, и в укусах его — лишь яд. потому что привязанность — это хмель, это узел, хомут, клеймо. это бойня, расстрел, самосуд, дуэль. это город, больной чумой.
так что слава зиме, вымывающей хворь, словно пенистый океан. забывай это всё — не лелей и не холь, не тревожь заживающих ран.

всё проходит. и вечер опять горит светом окон, чужих гирлянд. и дома будто в пепле, и снег летит, и случайный прохожий — пьян.
сколько нас таких, утонувших тут? захлебнувшихся декабрём? ты идёшь, но меняется твой маршрут — с каждым годом и с каждым днём.


©Полина Шибеева

00:46 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Оставлю тут пожалуй. Присутствует мат.


Поздний звонок. «Как дела?» – у меня все круто.
Что изменил бы правдивый ответ «все плохо»?
Я – собиратель Иуд и любитель Брутов,
Я – покровитель тупиц и помощник лохов.

Что-то стряслось – Чип и Дейл на ура готовы.
Я, как спасатель – на стреме, в сети, в эфире.
«Нow could you be so noble?..» – и, в стиле Тома,
Я защищаю от порки всех Бекки в мире.

Каждый вопрос «как дела?» – просто повод снова
Мне рассказать в ответ о своих проблемах,
Враз проигнорив мое: «У меня – хреново!»
Где-то в душе от износа сорвались клеммы.

Нет, я совсем не против игры в жилетку.
Я – очень нужный (на время) кусочек паззла.
Вспомни меня, как допрыгнешь до черной клетки,
Выбрось к чертям, как на улице будет праздник.

Так заебала такая вот, сцуко, нужность.
Так надоело быть сливом для чувств-помоев.
Шли бы вы нахуй, товарищи-братья, дружно,
Шли бы вы нахуй. Оставьте меня в покое.


© Copyright: Рика Лиль, 2010

20:43 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Маргарита одна.
Маргарита больна.
как расстрельная цель в перекрестье окна
девяносто бессмертно мучительных лет
есть объект вдохновенья,
а Мастера — нет.

не сказать, чтобы вовсе иссяк контингент,
сколько прожито жизней, страниц, кинолент!
сколько их приходило с виной и сумой
Маргарите давненько не вспомнить самой.
кто-то крался как тать, кто-то пёр напролом,
кто-то ночи корпел за скрипучим столом
и она, вдохновенно шептала: пиши!
но ни строчки от сердца, ни слов от души.
из последних, пожалуй, один был неплох:
говорил, будто походя сеял горох.
говорил, будто Джа, как и он — растаман.
всё казалось: вот-вот и начнётся роман…
не случилось.
ещё был мальчишка, юнец,
но такой уж в постели затейливый спец,
что от рук его нежных болело в груди.
от таких, коль полюбишь — пощады не жди!
что поделаешь, видно такая пора:
все чуть-чуть гениальны.
чуть-чуть мастера.
одного лишь Его не вернуть.
не вернуть!
и пришло понимание: к вечеру — в путь.

и окно распахнётся — невинный каприз.
и нагая богиня сойдёт на карниз.
и услужливо хрустнет под пятками лёд.
и начнёт Маргарита свой вечный полёт…

Ник Туманов

@темы: стихи

20:12 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Всех, кого не любили, всех, что не берегли- я поздравляю, здравствуйте, нынешние нули! Как вам живется-пишется, дышется вам легко? Есть у вас в горле книжица, засевшая глубоко?
Здравствуйте, неудачники, как там вас звать по отчеству, живы ль под кожей датчики, клянетесь, что не воротится? Есть ли еще что высказать, что-то наружу просится?
Или «сама все выскоблю, аборт мне- от одиночества»?
Девочки наших мальчиков/ вот где не жди добра/, готовы ли ваши пальчики,
Мама звонит с утра?
Зоветесь уже невестами, платья вам по фигуре?
С праздником, тех кто вместе.
И тех, кто как прежде- дуры.

© Лола Льдова

08:51 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
знаешь, я вчера выходила в твоей рубашке – рукава закатала,
поздно ночью пила из твоей же чашки… это после того, как кого-то там обнимала…
и все думала «господи, как же мне ее не хватало, как не хватало…
так хотелось начать с начала, но не случилось»…
только чувства, как провода, оголились.
это так несказанно – просыпаться со вкусом кожи чужой на губах.
дальше – вспоминаешь себя и в чужих руках.
после – руки свои по обнаженному животу…
я жива, вот только живется не в моготу.
все чужие глаза, чужие руки, чужие рты.
я так радуюсь по ночам, если с ночью приходишь ты
и так бьюсь головой. потому что сны остаются снами,
а мне хочется трогать тебя своими глазами, смотреть – руками,
читать тебе на ночь рю мураками,
поить чаями…
вместо этого я надеваю твою рубашку,
кусаю подушку
и мечтаю о том, что когда-нибудь впрямь разобью башку
и от туда вытечешь ты.

© Copyright: Своими Руками, 2009

10:24 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Молодость - она никуда не уходит.
Она в потертой пижаме сидит напротив,
обнимает чашку, потягивается, жует,
а потом встает.
Рассыпает веснушки, рассказывает анекдоты,
пахнет печеньем, шампунем, ванилью, потом,
держит шире карман
и говорит «Ну мам!».

Молодость никого никуда не водит.
Ни замуж, ни за нос, она просто стоит в проходе,
мурлычет песенку, плачет, несет ерунду,
а ты спотыкаешься об нее на ходу.
Каждый день она мелькает в осенней дымке,
на руках у нее рисунки, на джинсах дырки,
из-под фуфайки майка,
на майке — зайка.

У нее улыбка шире, чем кот в Чешире,
и друзья в Бат-Яме, в Майями и на Кашире,
ей за десять минут доверишь любой секрет -
даже тот, которого нет.
У нее на коленке след от карандаша,
опять экзамен, бронхит и болит душа,
Ты ей: «сходи к врачу!»,
а она — не хочу!

С ней бесполезно бороться, но сладко мириться,
ее трудно вечером уложить, а с утра добудиться,
ей сегодня кажется, что мир дурак и урод,
а завтра наоборот.
Своего здоровья и опыта ей не дашь,
она лежит в темноте и грызет карандаш,
мы для нее невидимки, заколки, фон,
а она для нас — телефон.
Позвони себе в бессонницу той ночи
и промолчи.

Виктория Райхер

05:36 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Волонтёры находят их у помоек:
облезлыми, грязными,
с ожогами, переломами, язвами,
пятнами от чернил.
Сокрушаются «да за что же их?»,
гладят по хребтам переплетов кожаных
и несут
в приют для бездомных книг.

Хозяин приюта три месяца щей не ел,
у него проблемы с деньгами и помещением,
в кармане — одни счета.
Он целыми днями чистит, шьёт и разглаживает,
если при этом бы шли продажи, но нет.
Не берут ни черта.
И писали в газету,
и рекламу давали уже —
никакого толку.
Но зато, когда он засыпает среди стеллажей,
книги тихо урчат на полках.

© Дана Сидерос

07:48 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
***
Лора пишет корявым почерком в линованную тетрадь: "здравствуй, папочка, помнишь? завтра мне будет пять. ты говорил, если что-то случится - пиши письмо, запечатай в синем конверте и маме отдай его.
ты говорил, если будет чего-то хотеться, о чём-то мечтаться, написать на листке - это самый быстрый способ с тобой связаться". Лора выводит печатные буквы карандашом: "синий конверт нашла, надеюсь, ты будешь рад. у меня и у мамы дела идут хорошо. пап, ты знаешь, я очень хочу посмотреть звездопад. ты, пожалуйста, попроси у того, кто главный! я обещаю, буду себя хорошо вести! чтобы хоть парочка, ну хоть одна упала, мне это очень нужно. пожалуйста, попроси".
девочка вырывает тетрадный лист, запечатывает конверт. отправитель, марка, обратный адрес. адреса получателя нет. Лора бежит на кухню, шлёпает босиком по паркету. там мама смотрит в окошко уже второе по счёту лето. она забирает привет отцу, ловит дочкин - отцовский - упрямый взгляд. "конечно, милая, передам. конечно, Лора, он будет очень рад". тихонечко гладит пальцами бумажное полотно: "а ведь точно, синий цвет был любимей всех". Молли берёт письмо, зажигалку, распахивает окно... ветер хватает пепел, уносит вверх.
Лорин отец проверяет почтовый ящик, сортирует на "важное" и "ерунду", находит конверт. он даже почти не плачет, дочь говорит, взрослые дяди так себя не ведут. он разбирает неровный почерк и детскость фраз. солнце движется к ночи. десять, одиннадцать... двенадцатый час.
Джеймс шепчет: "с днём рождения, милая". встаёт на небесный карниз.
набирает полные горсти звёзд
и бросает
вниз.

© Бенджамин Джи

21:42 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
и он говорит мне:
«я столько не спал ночей!
искал, где найти покрепче, погорячей,
а то все ничей, гляди, говорят, ничей. кому ни вручал ключей — возвращают с воем.
что я уж прослыл глупцом, подлецом, изгоем. и только никто не знает, как мне тут с боем дается забыть об имени, что звучит при каждой попытке кому-то отдать ключи.
и сердце стучит.
предательски так стучит.
и мне говорят: „включи же себя, включи!
когда ж ты устанешь вот это все волочить?“
мол, ни залечить, ни вымолить, не унять.
а я им молчу, как жутко хочу обнять,
и как до оскомин в горле боюсь терять
тетрадь, на которой ты написала номер.
я, правда, его надолго уже запомнил, но, если сотрется с памяти и с листа, я точно не выдержу…
помнишь, как у моста, плечами касались плеч, а на деле — душу, поверь, в этом мире мне больше никто не нужен.
я стал бы готовить ужин и зваться мужем, но нас разведут чужие нам голоса.
и до отправленья автобуса пол часа,
а я все гляжу, гляжу, и в твоих глазах, на этом вот месте мне хочется раствориться.
ну или хотя бы сниться.
хотя бы сниться.»

© Анна Оленюк

@темы: стихи

11:18 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Какими бы времена ни казались лютыми,
Нас мамы учили — жить и не падать духом.
Добро торжествует.
И пусть пока не салютами —
Но запросто — вдоль дорог тополиным пухом.

Добро торжествует.
Венками из одуванчиков,
Порывом бежать безо всякой на то причины.
И да, наконец-то, — улыбками вечных мальчиков,
Которые этим летом — и вдруг мужчины.

Добро торжествует.
Пустынными стадионами,
Асфальтом, едва остывающим после зноя.
Старушками, чья судьба — торговать пионами.
И верой в необъяснимое, неземное.

Добро торжествует.
Большими ночными ливнями —
Такие в меня вливаются внутривенно.
И нами, совсем промокшими и наивными,
Но, кажется, всё же лучшими во Вселенной.

© Александра Ардова

17:01 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Споткнуться на лестнице меж этажами —
И вдруг осознать, что ты лишь подражанье,
Ты лишь отраженье того промежутка…
Какая, однако, смертельная шутка!

На улочках мира средь сотен прохожих
Искать и искать на тебя непохожих,
Встречаться и думать, что некуда ближе,
Что время, наверно, и это залижет.

Бояться потери, дышать, как в угаре,
По правой щеке вдохновенно ударить —
И тут же по левой, спросив осторожно:
Ведь можно? Ведь если подставили — можно?

Ведь ты — отраженье. Ведь ты — только слепок.
Ты в двери забитые тычешься слепо —
У многих в почете, с судьбою в расчете.
На лицах любимых следы от пощечин.

Наотмашь, навзрыд, без причины, на людях,
За то, что тебя неоправданно любит,
За то, что не станет на волю проситься,
За то, что так явно в тебе отразился…

А после, чтоб все воротилось по кругу,
Тянуть для прощанья отбитую руку
И жить, как до этого, впрочем, и жили —
Чужими, чужими, чужими, чужими…

© Диана Коденко

21:45 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
А напиши мне что-нибудь.
А.

— А меня, значит, ты любила?
— Нет.
— Почти любила?
— Нет. Почти не ненавидела… С тобой мне было лучше, чем с другими…
Ю.Поляков, «Небо падших»

_________________________

Она из породы тех самых самок, которых так хочется приручить, спасти от дракона, построить замок и с глупой улыбкой отдать ключи. Такую легко узнаешь по коде, больные иллюзии потроша. А это впоследствии с рук не сходит. [Ей — запросто сходит — с карандаша.]
Ее специальность — набеги в душу. Да что там Мамай и его орда, когда эта тварь, выходя из душа, обнимет за плечи.
— Устала?
— Да… -
и так сиротливо щекою — к шее, что принципы, треснув, ползут по швам. Опять ощущаешь себя мишенью, в которую лупят ее слова. Бесценен бессмертием каждый выстрел. Бесценен безумием каждый такт. Она — как стригущий лишай, что выстриг в оплавленном цоколе живота какую-то странную нежность/нежить. Сумятицу вносит, выносит мозг. По ней полнолуние вены режет, стекая бессонницей на трюмо. Все слишком надрывно и нерезонно, когда до рассвета есть два часа, и губы по линии горизонта проходят, как алые паруса.
Посмотрит в глаза, потянувшись, скажет:
— Ну, ладно, целуй меня, мне пора… -
Уставший расхлебывать эту кашу [фунт лиха/пуд соли/без топора — ее олигархов и генеральных, поэтов от Бога и от бабла, наверно, по-своему гениальных], гадая, кому бы она дала, опять процитируешь «Небо падших» — довольно бессмысленный ход, раз ты и сам понимаешь, что Катьке с Пашей до вас, дилетантов, еще расти… и все же цитируешь постоянно. А после добавишь:
— Ad astra, мисс. Лети, ты же вольная птица, Яна. Но слишком сквозь тернии не ломись. -
Проводишь. Вернешься. Один. Оправдан надеждой, разодранной на клочки. Очки не от солнца — очки от Prada — прекрасные розовые очки. А может, их снять… и начать сначала, не пряча за стеклами пол-лица?..

Она тебе просто пообещала про это когда-нибудь написать.

© Sterva


«Все слишком надрывно и нерезонно…»
«Резюме»,(с)Sterva

1.
Протянешь ей палец- откусит руку. Играя. Без умысла. Не со зла. Легко и небрежно сметает скуку (какая еще бы вот так смогла?..). Чудная, хоть это не сразу видно, и ростом — не выше его плеча. И кто там считал ее безобидной — малышку с замашками палача?

Она не хранит ни имен, ни отчеств, — к чему эти сложности ангелку? — глядит, как стекает полынь пророчеств на еле рифмованную строку. Испей-ка напиток ее особый, по вкусу — как хина, по виду — мед. И жаркое золото высшей пробы ей под ноги солнце все льет и льет, и облако, пахнущее ванилью, подстрочники сыплет в ее тетрадь.

А ночью она раскрывает крылья, чтоб звезды упавшие собирать. Спроси — для чего они? — не ответит: мол, женщина, значит, уже права… и, мысли выбрасывая на ветер, все время просеивает слова.

Любому, кто пламя в строке приметил, она предлагает свои миры, но — слышишь? — шуршит под ногами пепел всех тех, кто всходил на ее костры. Приникнет и шепчет у изголовья, мол, ты восхитителен, супермен… а после — рисует картины кровью твоих, по согласию вскрытых вен. Она предлагает тебе без визы круизы в безумие-с-головой. На грани, по лезвию, дерзкий вызов, и тоже, представь себе — только твой.

Она научилась входить без стука, под запах дурманящих диких трав.

И тот, кто ее называет сукой — он прав, между прочим.
Чертовски прав.

2.
Она растворяется в шуме ветра, который уносит ее шаги, вот вроде бы рядом совсем — полметра, и все же — дотронуться не моги. Куда, почему? Поведет плечами — терпи уж, так вышло, и все теперь. И звякнет оставленными ключами прикрытая ею входная дверь. И солнце покажется вдруг палящим, и даже обыденность бросит в дрожь. Ты с ней был единственно настоящим. А все остальное — не бред, так ложь… И что ей не так, сумасшедшей, дуре, ну как это — в клочья, в осколки, в хлам?!.

Ты мир бы скроил по ее фигуре, а ей — все без разницы, пополам!

А, черт с ней, как хочет, никто не помер, травиться и вешаться — не с руки!

И он наберет по привычке номер…
…и сбросит, не вслушиваясь в гудки.

3.
Она потихонечку цедит кофе. Изящно и медленно. По глотку. И ждет, что на донце проступит профиль того, кто…

И чувствует, как текут (наверное, выглядит жутко) слезы… с косметикой — сущая канитель!
…А он по утрам присылал ей розы… и завтрак еще подавал в постель. Не часто, конечно, ну, так… по средам… (вздохнет, улыбаясь сама себе…)

Все. Поздно. И нечего ждать победы, она бесполезна уже в борьбе за право остаться свободной снова — во имя наигранной жалкой лжи… Она создавала миры из Слова, но что те миры без него, скажи?.. Ответишь? Навряд ли. Чего же ради?
Услышать бы голос… хоть пару фраз…

…Она набирает его, не глядя, запутавшись в цифрах, на пятый раз, и чувствует — слишком сдавила шею слепая туманная кисея прозрачного шарфика…
Ну, скорее…

«Привет!.. Я соскучился…»

«Да. И я…»
© Алина Марк

@темы: стихи

Не моё

главная