• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
18:31 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Он стоит у окна, хмуро курит в тягучий рассвет. Она что-то привычно щебечет, несет околесицу. Две остывших души. Между ними хромой табурет, на котором читались стихи, а теперь бы – повеситься.
По щекам растекается тушь повседневных забот. Утомляют звонки с обсужденьем чужого/избитого. Их спасла бы безумная встряска с дыханьем рот в рот. Но в глазах только колкие айсберги Ледовитого.
Это «вместе» уже не бодрит, словно утренний душ. Он уходит в себя. Ей привычней в своем одиночестве/в паутине из псевдо-эмоций и чувственных стуж/. Подойти бы, обнять его губы… Да только не хочется.
От вселенского холода треснул скукоженный мир. Воздух давит виски, душит страх затяжного падения с пика бешеных чувств в тесный панцирь хрущевских квартир. Вот и ищут второе дыханье, как веру в спасение.
Нелюбовь – это вечный стандартный прогиб в догги-стайл. Череда неотмеченных дат на царапинах совести. Он упрямо молчит, она пишет украдкой е-майл – эпилог к мизансцене в банальной и приторной повести.
Обнаженные фразы не трогают. Грохот ключей раздраженно сменяет замков чемоданных ворчание. Она – кошкой в клубок своих мыслей. Он – в утро, ничей…
…Только скрип табуретный в завесе тугого молчания.


© Copyright: Горчичка, 2015
Свидетельство о публикации №115071104374

@темы: стихи

20:57 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
11.07.2015 в 13:50
Пишет Дара Ливень:
05.07.2015 в 22:55
Пишет .molnija.:
Прислала EnnisiKeiel
***the last day of summer**читать дальше
Я думал раньше, что сказки - это волшебный мир под рукой поэта, пираты, гоблины и скелеты, чужие тайны во тьме веков,
Мечтал о Ехо, о Средиземье, о странах, башнях, мирах подземных, о карте, двери, волшебном зелье, что унесёт тебя далеко...
...А сказка - это путём окольным наткнуться на невесомый Смольный, и рокот призрачной колокольни вокруг танцует, поёт, бежит;
Солёным ветром, мечтою ранней нестись меж морем, теплом, горами, тогда окажется лучше Нарний лукавый утренний Геленджик.
Когда в сомнений и страхов тине ты заползаешь на свой квартирник, а люди - дивные, как с картины, и в мыслях только - "читай", "живи",
Когда за книгой, плацкартным чаем, летишь обратно бродягой-чайкой, и вдруг приходит: "Скорей. Скучаю." от самой старой твоей любви.
Когда под жарким июльским солнцем играешь в "ладушки" ты с японцем, а он мухлюет, вопит, смеётся, бежим и прячемся от дождя,
Когда друзья, что по разным странам, звонками рвут паутину станций, и это очень тепло и странно - в кого-то верить, кого-то ждать.
Ведь сказка - это не гул заклятий, не томный блеск королевских платий, не монстр в недрах твоей кровати, не фея с тыквой, не кучер-мышь,
Любое чудо - живое, дышит, оно в глазах, километрах, крышах, оно тем больше, сильнее, выше, чем ты охотней его творишь
Любое чудо - не в тюрьмах книжных, оно снаружи, оно подвижно, с ним мир - поверишь ли, удивишься - на нитку соткан из лучших мест.
Иди вперёд, сочиняй, надейся, живи мгновеньем, мечтою, песней, и дверь, зелёная, как у Уэллса - представь! - окажется в твой подъезд.
© [info]cheyzheon
URL записи
URL записи

20:51 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
09.06.2014 в 13:43
Пишет Melany Turquoise:
09.06.2014 в 07:28
Пишет alter-sweet-ego:
Я пишу тебе, я пишу тебе, я пишу...
Замерзаю и понимаю, что не дышу,
Тороплюсь, продираясь сквозь белый противный шум,
А потом вспоминаю, что в общем-то не спешу,
Я пишу тебе, я пишу тебе, я... Прошу,
Не пиши мне в ответ, даже если.. А впрочем, нет,
Напиши, напиши - через десять, к примеру, лет,
Через двадцать, забыв, что остынет опять обед,
На бумагу роняя пепел от сигарет...
Я пишу тебе, я пишу тебе, жду ответ.
Я пишу тебе, я пишу тебе, я - смотри! -
Открываю тебе окошки в своё внутри,
Открываю тебе все двери: иди, бери.
Видишь, сердце? Тебе же нравится, как горит?
Если хочешь... Хотя, не надо, не говори.
Или, может, скажи. Если хочешь, скажи, скажи.
Время терпит, ты ничего в себе не держи.
Я пишу тебе из подвалов своей души:
Сверху давят чужими жизнями этажи,
Я не знаю, как здесь вообще успевают жить.

Я не знаю, какой здесь год и куда бежать,
Для чего продолжать, если можно не продолжать,
Почему у тебя ресницы острей ножа
Как писать тебе письма - руки уже дрожат,
Я пишу тебе - забываю опять дышать.

Я пишу тебе, я пишу тебе, как всегда:
О погоде, о неувиденных городах,
О невстреченных незнакомцах и поездах,
О себе, о тебе, да, скучаю, конечно, да,
Я пишу тебе, как обычно, и - ерунда! -
Я пишу тебе,
Хоть и знаю,
Что
В никуда.

(с) я
URL записи
URL записи

08:22 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
25.07.2009 в 13:46
Пишет Matias.S:
Я писать о тебе не могу, и довольно об этом.
Я тебя попытаюсь сюжетом иным заменить…
Говорят, перед казнью дают закурить сигарету.
Перед самым концом — сигарету дают закурить.
Ты представь себе:
двор;
столб с веревкой;
скамейка под стенкой…
В самом деле, представь:
чисто-начисто метеный двор…
Кто-то хмуро молчит.
Кто-то возится с мылом и пенькой.
И застыли часы.
И зачитан уже приговор.
А вокруг — никого.
Ни проклятий, ни слез, ни советов.
Похоронной свечой загорается небо во мгле…
А тебе хорошо,
потому что в зубах — сигарета,
и пока она тлеет, живешь ты еще на земле.
Впереди — ничего.
Нет когда-нибудь. Только когда-то
у тебя и осталось, и память скаталась в комок.
И пылают в тебе
все рассветы твои и закаты
до секунды, пока
не истлеет в зубах огонек.
Пряный холод зимы и хрустящая корочка лета
истончились, и стерлись,
и свились в звенящую нить…
Если вправду дают перед казнью курить сигарету —
только с ней, с сигаретой, тебя я посмею сравнить.
(с) Лев Вершинин 1980
URL записи

21:29 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
07.04.2015 в 16:18
Пишет SamDina:
04.04.2015 в 20:59
Пишет Hyde & Sick:
Ты знаешь, есть Дорога.
Дорога – это проснуться ночью, почти наощупь собрать рюкзак, позволить сотням пустых обочин вовсю плескаться в твоих глазах,
дорога – это огни заправок, глухих окраин прощальный джаз, и ты вздыхаешь, ох, боже правый, куда я вляпался в этот раз.
И липкий страх начинает литься в тебе холодным и злым дождём, ты в сотый раз вспоминаешь лица тех, кто обратно тебя не ждёт,
в тебе, шипя, остывает город, проблемы, планы – и ты один…
…ещё дорога – седые горы, кусочки неба в твоей груди.
Дорога – это когда наутро ты вдруг проснёшься под шум колёс, и кто-то очень лихой и мудрый внутри прикажет не вешать нос.
Когда весь мир, что горел в пожаре, теперь смеётся, живёт, летит…
А тот, уже незнакомый парень остался где-то на полпути.
Храни нас, Боже, наивных, резвых, таких обидчивых и прямых, храни нас, Боже, бухих и трезвых, когда кричим и берём взаймы,
храни нас, Боже, горячих, верных – и глупых - но неплохих ребят. Храни нас, Боже, когда не верим в себя, в прощания – и в Тебя.
Морская пена, закаты, сосны, откуда вся эта красота; дорога – это вернуться после, и в то же время остаться там.
И пусть закончишь ты это просто, домой вернувшись в конце концов.
Но видишь – линии перекрёстков опять рисуют твоё лицо.
©

URL записи
URL записи

20:35 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
28.04.2015 в 11:14
Пишет SamDina:
Пишет ~Illuzi@~:
ничьи
говорят, что бывают такие люди: они ничьи,
протекают тебя поперек и вдоль будто бы ручьи,
оставляют потеки от туши черные на твоем лице,
ничего в конце.
читать дальше
© Марта Яковлева, 2015
URL записи
URL записи

08:02 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Смешно до боли, смешно до
колик, до спазмов в сердце, до
нервной дрожи: я безнадежна, я
тебя_голик, я тебя_ман без
зачатков воли; кому-то влипнуть
так не дай Боже. Смешно до
крика, до «Будь ты проклят!», до
строчек в рифму и строчек в
прозе, я жмусь к лицу твоему
биноклем, я тебя_фил, что скорее
сдохнет, чем будет счастлив без
новой дозы.Смешно до
больше_я_не_сумею, до тихих
рыков, до громких стонов, и я
отчаянно стервенею: мне больше
вовсе не снятся феи, а снятся
только твои ладони. Я –
тебя_что_там_еще_бывает, я –
тебя_люб; о подобном – слышал?
Об этом много всего писали; нет,
ни хрена уже не спасает,
И я.
Всего лишь.
Пытаюсь.
Выжить.

Автор Вера Полозкова

07:53 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
БЕСТСЕЛЛЕР
Потому что с твоими дамами вкус утех
Превращается в послевкусие буйной лажи.
Тебе просто необходима одна из тех,
Кто умеют снести тишину, суму и в такси поклажи.
Ну, из тех, что ужмётся, стянется, ущемится,
Приготовит двенадцать блюд из муки и сала.
Вся – афганская школьница, сплошь туринская плащаница.
И пешком чтоб. Всегда пешком. Чтоб не насосала.
Зима, не зима чтоб - она на шпилечке и в шифоне.
Фигурой - в нашу, натурой – в дикую скандинавку.
Такая, чтоб все друзья твои на телефоне
Только её бы и ставили на заставку.
Чтоб на каждый твой юморок – лошадиное ржание.
Чтоб прямая, как угол. Без всякой там бабской хитрости.
И обязательно чтоб кипятковое недержание
От твоей небритости, неопрятности, неофитости.
Счастье видела в детях чтоб, в лабрадоре и
Сама никогда не просила чего не дашь.
Вот её скоро допаяют в лаборатории
И она, конечно же, станет хитом продаж.

Автор Марьяна Высоцкая

07:32 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Все знают с детства: мальчики не плачут.
Они живут и терпят помаленьку.
Они не плачут, если неудача.
Не дуют на разбитую коленку.
Они спрягают сильные глаголы.
Они без страха думают о жабах.
Они болеют разве что футболом,
а прочие болезни – участь слабых.
Они мечтают о ракетах, домнах,
играют исключительно в войну,
а девочек при случае удобном
бросают в набежавшую волну.

Все мальчики с утра «на автомате»
пьют кофе, продвигаются по службе.
Они легко работают в команде,
форсируют колдобины и лужи,
болтают о политике, зарплате.
А девочек – в волну, так будет проще…
Они не плачут. Не о том же плакать,
что снова нужно ехать в гости к тёще.
Им мозговую кость дают со щами.
Они должны любить её – вот бред!
Но мальчикам заплакать запрещают
извечно доктор Спок и доктор Фрейд.

Однако есть какие-то другие,
всё время выходящие из строя,
хотя вокруг старухи-изергили
и сокол с буревестником в героях.
Есть мальчики, которые способны
увидеть в лужах солнечные блики.
Их, может быть, всего – один на сотню.
Они тайком от всех читают книги.
Они – из Красной Книги. Как драконы.
Слышней им звон капели, чем оков.
И я однажды встретила
такого.
И он заплакал
от моих стихов.

Автор Ника Невыразимова

07:14 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Нелюбимые дети мешают своим матерям –
слишком громко стучат по тарелке и громко жуют,
и имеют привычку игрушки ломать и терять…
Нелюбимых детей не отправят, конечно, в приют,

их не станут лупить. Эти матери знают свой долг…
Правда, сказок не будет. Пустяк: эти дети хитры –
их во сне навещают Незнайка, дракон, диплодок –
говорят о мультфильмах, о правилах новой игры,

о диковинных странах. Не ужас, не мрак, не конец.
Ну, не дышат в макушку, не гладят по круглой щеке.
Их, возможно, какой-никакой, но любил бы отец.
Да отцы в этих случаях часто живут вдалеке.

Нелюбимые дети хотят заслужить похвалу:
они учатся рьяно, берут за барьером барьер.
Нелюбимые дети стоят в наказанье в углу
и невесело думают: «Видимо, я шифоньер».

У них рано случается первая рюмка и ночь.
Детский комплекс за ними ползёт, как гружёный вагон.
Они рано уходят из дома холодного прочь,
пополняя ряды
нелюбимых
мужей или жён.
10 июня 2012

Автор Ника Невыразимова

10:28 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
28.11.2011 в 22:55
Пишет строчки из скважин:
Я же долбаный кинестетик, мне подавай
порельефнее кружку, а в кружке горячий чай;
мне бы только зарыться носом, уткнуться лбом,
и шептать – хоть чужой, но знаком же, знаком, знаком;
мне бы руку в мешок с крупою и там забыть;
я из тех, кто касанием лёгким здоров и сыт;
я из тех, кто, нащупав под свитером тонкий шрам,
сладко морщится; я вообще-то поклонник травм,
швов, царапин и лёгкой небритости; у меня
пальцы голодны, и настолько, что аж звенят,
их бы в бархат бы синий, в глину бы, в пластилин,
в мякоть персичную, в айвовую – хоть один;
их пустить в экспедицию, в пешую, в кругосвет,
вот они огребли веселий бы и побед,
вот вернулись они б истёртые, с ломотой,
но зато не кусала больше б их, но зато
не трепала бы хвост котовий, как чётки, не
топила б себя ни в ванной и ни в вине.
я же долбаный кинестетик, и вместо слов
пальцы душат запястья, молча, до синяков.
(с) Мишель Вер
URL записи

09:59 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
03.06.2011 в 02:11
Пишет aquakiss:
"Да любите друг друга," - сказал нам господь,
"Любите друг друга" - прикололся господь,
И создал любовь, как надежный концлагерь,
Чтоб мы вели себя тихо и не мешали.

Александр Непомнящий

URL записи

10:26 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
О нём не пишется, хоть убейся, хоть выпей залпом бокал до дна.Любовь ложится листком на рельсы — и ждёт там поезда дотемна. Любовь ложится в ладонь, бесстыже подставив солнцу живот и грудь. Вот написать бы о нём — и выжить, забыть — и выдохнуть. И вдохнуть. И отдышаться, приняв за правду: ты не нужна ему, не нужна. Друзья сказали, там скоро свадьба, а это значит — почти женат, совсем не сбылся (ты год от года его просила у высших сил).
Какое лето идёт по счёту
с тех пор, как он не перезвонил?

Теперь осталось молчать и только (как будто раньше всё было вслух). Любовь ложится на стол для кройки, ты переводишь неловко дух и белым мылом в дрожащей правой пунктир проводишь — отрезать здесь. ...В груди грохочет огнём и лавой. Пусть будет к лучшему всё, как есть. Пусть будет больно, но с этой болью ты переплавишь себя как меч. Любовь ложится к ногам прибоем и накрывает до самых плеч. Любовь здесь вряд ли кому поможет, ломая рёбра в твоей груди.
...Друзья сказали: их звали тоже,
Они решили не приходить.

Друзья сказали, он счастлив вроде, невеста — супер-ох-чёрт-модель, и пожелать бы плохой погоды на эту свадьбу: пускай метель, пусть смерч и грозы, дожди и стужа, и ураганы — да-да, за раз, пускай попрыгают через лужи, ох, он поплатится — вот, сейчас! Пускай на всех драгоценных фото она моргает (и он моргнёт). Какое лето идёт по счёту с тех пор как... К чёрту пускай идет. А ты пока что — спасибо, грабли, вы самый лучший на свете друг! —
Следи за этой дурацкой свадьбой
(хэштеги в твитер, контакт, фэйсбук).

Но ты тихонько нажмёшь на крестик — следите сами, а мне пора. Любовь ложится листком на рельсы, и ждёт там поезда до утра. Любовь ложится в ладонь, прощаясь, и ты не плачешь, конечно, нет. О нём не пишется — не писалось — почти недобрый десяток лет. Он был началом любых историй и их итогом, но есть как есть: и где-то мчится тот самый скорый, и мелом крошится — резать здесь. Ты разбираешь ажурный мостик, друг к другу шедший от вас двоих...

...Слова ложатся легко и просто
И вызревают в твой первый стих.

Автор Дарёна Хэйл

17:55 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
когда с предпоследнего пальца поспешно стягиваешь, будто знак прокаженного, тоненькое кольцо, растираешь отметины - чтоб ни следа, ни полосочки не осталось, - ты видишь ее лицо?..
и по-новому графику, расписанию ходят теперь поезда. У тебя два ее неотвеченных и память, сновно вода, - ничего не задержится, даже прощания, что теперь радостней встреч. /Кто придумал глупые обещания навсегда любить и беречь?/
у тебя тут работа и новая рыжая бАрменша из "Лимонника" за углом. У нее приготовленный ужин, чистые наволочки и вымытый дом, тот же чертов лимонник под горчащий ни кстати кофе. Ты жмуришься, лампа на тумбочке смотрит тебе в лицо, озаряет профиль. Руки запустишь в рыжие кудри - она мурчит, щурится, выгибается в притворной борьбе. Привлекаешь ее к себе, поцелуй сквозь зубы /тот же дурацкий кофе на языке/. Нет, она хороша - посмотри, как трепещут губы, выпивая всего тебя в едином глотке...
что такое прошлое - это судьбы, измененные под прицелом случайных глаз. Ты же знаешь, глупый, потом не будет подходящей момента вырваться, чем сейчас. И ты уходишь, позавтракать не успев, забывая футболку на батарее. Она просит последнего поцелуя - вот тут болит, два сантиметра на северо-запад, чуть-чуть южнее... ты бы и вылечил, ты же бывалый врач, никакого диплома не надобно для таких задач.

белая полоса на безымянном пальце отрезвляет, словно удар под дых. Ты представляешь себя с законной, лет через сорок, совсем седых, выбеленных, сколоченных очень прочно, севших смотреть закат на большое крыльцо...
когда вставляешь в спину лезвия - ты видишь ее лицо?

Даша Сонина

12:47 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Кафельный пол, на стенах трещины,
водопроводная грязь.
Я бы любил тебя, даже если бы
ты
не родилась.

Даже если бы
ты появилась на свет
мужчиной,
чудовищем,
дьяволом,
деревом,
птицей,
одной из комет,
стрелой,
отчаяньем,
яростью,
стихией, что прячет в недрах Земля -
я бы любил тебя.

Даже если бы
ты не была
моей,
а была
подневольной,
чьей-то женой,
подарившей ему дочерей,
сыновей.
Обезумевшей,
слабой,
смертельно больной,
собиравшей в ладони искры огня -
я бы любил тебя.

Даже если бы ты создана,
ветром,
пеплом,
порохом,
бурей в пустыне,
островом,
океаном,
планетой,
городом,
той, никогда не любившей меня -
я бы любил тебя.

Кафельный пол, на стенах трещины,
тусклый, мигающий свет.

Я буду любить тебя, даже если

даже если
тебя
нет.

Автор Джио Россо

12:40 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
"здравствуйте, доктор.
я слишком высокого роста,
у меня короткая шея, широкие кости,
плохое зрение.и еще доктор,
я болею любовью, это не лечат."(с)

доктор , я болен
болен неизлечимо
грудь наполняется воском
только она подходит
и обнимает, доктор,
воск разливается ртутью
и заливает сердце..
доктор, я цепенею,
доктор, парализует
внутренности и череп
только она подходит..
только ее касаюсь,
доктор, я забываю,
доктор, уже амнезия..
только она целует
и цепенеют нервы
доктор, я точно знаю,
мне без нее не выжить,
доктор, я словно выжат,
только она уходит..
доктор, заводит сердце
словно шарманку мысли,
доктор я не умею,
я без нее бессилен
я ее грею пальцы,
я ей целую шею,
доктор, проверьте кальций
вот уже ломит спину..
доктор, я вечный сыщик,
параноидальный гений..
доктор, она как мальчик,
только беспечно нежный,
доктор, она как входит,
я забываю имя
и адреса и даты,
и даже карибский кризис.
доктор, ее же губы
мне прожигают кожу,
доктор, я видно брежу,
доктор, на что похоже?

Автор Никто Кроме

08:26 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
А девочки ныне не знают своих отцов.
На лекции пишут в тетрадки, вздыхают под старым кленом,
Привыкли к заштопанным дыркам на пятках и к тихим усталым стонам
Своих матерей, от выпавших бед постаревших лицом.

Теперь же - куда ни смотри - роль отцов выполняет кот,
Абсурдно, но вечером мы ему адресовываем монологи
О том, как изменчивы (даже продажны) боги,
Как хочется принца, а рядом какой-то сброд.

Мечтаешь склонить свою голову тихо ему на плечо,
Забыть о потерях, о чьих-то абортах и смертной казни,
О горечи в венах, когда ты на школьный праздник
Не можешь позвать всю семью, словно мечена палачом.

Ты также не можешь позволить себе забыть,
О том, что не стоит спускать на пустое последние ваши крохи,
О том, что и это пройдет до конца опостылой эпохи,
Ты знаешь. И душишь обиду, и так продолжаешь жить.

Посмотришь на фото и мысли бегут строкой:
Ты что же совсем заблудился и выбрал не ту дорогу?
А, может, тебя заманили просторы чужих порогов,
И вся твоя жизнь - ошибка, и вовсе ты не герой?

Наш папа на важной службе - орудует там клинком,
Воюет, твой сладкий покой защищая своей отвагой -
Для детских наивных сердец эта ложь становилась благом,
И мы прожидали у окон, щеку подперев кулаком.

С годами явилась правда и ворох земных забот,
И девочки ваши в семнадцать пошли работать,
Боялись мужчин, но зато виртуозно читали ноты
И громко, с надрывом, вздыхали при виде сирот.

Те девочки ныне не знают своих отцов,
Боятся реального мира, ступая неслышной тенью,
Боятся любить и не верят в счастливые чьи-то семьи
И даже в холодном бреду не повяжут себя кольцом.

Светлана Лунева

10:27 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
15.05.2015 в 15:52
Пишет «СТИХОЛЮБ»:

Он не станет мне ни врагом, ни братом
Он не станет мне ни врагом, ни братом.Так зачем писать для него трактаты,

заклиная рифмой и кроя матом,препарировать мозг на бис?!

Говоришь – отстань, уходи, не надо, а сама горишь и ложишься рядом;

он пропитан приторным жгучим ядом – ни одна не смогла спастись.



Если пульс колотит у самых пяток, значит, встреча вряд ли прокатит гладко.

Я больная взбалмошная фанатка, вроде преданного пажа.

Эта сила рук, эта злая хватка…поцелует дерзко, обманет сладко

– мол, давай с тобой поиграем в прятки да на острие у ножа.



Этот взгляд и запах, что башню сносит - я подсела так, что уже не бросить.

Если снова наши сойдутся оси, мне не выдохнуть «отпусти».

Я – щенок, лишённый последней кости. Во мне столько страсти и столько злости,

что не дай те боже заехать в гости или улицу перейти.



Это боль в пропорции с глупым счастьем – хочешь то обнять, то порвать на части.

Только он к стихам моим безучастен, у него же иммунитет.

Улыбнётся нежно, обнимет властно – и плевать, что в сердце ножом бесстрастно.

Я приеду скоро, отвечу «здравствуй»…Дай мне, господи, сдать билет

URL записи

10:10 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
01.04.2015 в 20:17
Пишет «СТИХОЛЮБ»:
ВЗВЕШИВАЯ ВСЁ
Как тяжко жить: понизили зарплату, и ехать до работы два часа, чиновники везде берут на лапу, прищуривая хитрые глаза; жена-вампир сосёт из тела соки, тем паче душу выпила до дна, а друг купил квартирищу в высотке, поскольку денег очень до хрена. В метро опять чудовищная давка, портфель порвался (видано: Китай), и ежедневно дворовая шавка облаивает, вот же сволота. На кухне кран потёк, клозет сломался, у шкафа в дверце петли повело, сосед опять до чёртиков ужрался и хамски обозвал тупым мурлом. Упал на гололёде возле дома и хрясь! — нога сложилась пополам. И с этим вот дурацким переломом попал в больницу. Три недели — в хлам.

Второй в палате — парень без ноги и с нарушенной подвижностью руки, а по соседству — нейрохирургия, где людям ремонтируют мозги. Они идут, хромают и трясутся, огрызки после третьей мировой, спортсмены после третьего инсульта и женщины с побритой головой. Пацан: шестнадцать лет — и аневризма. Мужчина: тридцать восемь — паралич. Чумному королевству полужизни сопутствуют такие короли. Бывает хуже: опухоли мозга, рак лёгких, белокровие. А смерть, сличая с прочим, — даже слишком просто, поскольку сдохнуть нужно лишь посметь. Они живут (им Лета — по колено) на спуске в ад, на взлётной полосе.

Как сладко жить, когда твои проблемы — жена, метро, зарплата и сосед

Скоренко Тим
URL записи

22:05 

Не читаю стихи, а смакую их тонкий коктейль. ©Таис Весенняя
Ромашка

он был пьяным хронически, грустным и чуть худым /его звали Романом Романычем все вокруг/
кареглазым, всегда уставшим, немолодым. без чинов - никому ни муж, ни свояк, ни внук.
он запойничал по забегаловкам, чаще - в долг. и подолгу молчал, горький взгляд опустив в стакан.
его часто швыряли на улицу за порог, будто он человеку - букашечка, таракан.

а когда приходило время платить долги, он в кармане искал среди сора и табака
хоть монетку. и шёл закладывать сапоги пропитОму старьёвщику около кабака.
и он брёл босиком по брусчатке на мостовой, подметая штанинами всю городскую пыль,
но всегда с непременно поднятой головой с волосами белёсыми, как молодой ковыль.

и дорога его приводила к гробовщику, где опять возмущался он ценами на гробы.
гробовщик удивлялся несчастному чудаку. вот кому бы в покойники было не плохо бы!
и он шаркал в цветочную лавку, повесив нос /раз на гроб не хватило, то надо бы взять цветов/
и ромашки он брал прямо к цвету её волос - белоснежные, словно из самых прекрасных снов.

и, дойдя до заветного холмика, падал ниц. и шептал: "Я пришел, дорогая. К тебе пришёл.
Мне б коснуться губами ладоней твоих, ресниц, но тебе без меня там, наверное, хорошо...
Я стал старым. Лицо моё в сетке больших морщин. И глаза потускнели давно - в них одна зола.
Но ты выбрала только меня среди всех мужчин, и так нежно Ромашкой меня только ты звала..."

и он плакал отчаянно, горько, до хрипоты. и кладбищенский плющ норовил всё залезть в глаза.
он кричал: "Дорогая моя, ну за что же ТЫ?!! Почему на меня так прогневались небеса?!!"
возвращаясь домой, он стихами топил камин и хлебал, что есть мочи, горячий и терпкий грог.
он боялся, что ТАМ она больше не будет с ним, и боялся, что он не накопит себе на гроб.

Лена Блядик

Не моё

главная